46-летний режиссёр, сценарист и монтажёр Себастьян Лелио – один из лидеров нового чилийского кино, крайне свободного в политическом и художественном отношении течения, расцветшего с середины 2000-х. Родившийся в Аргентине, сейчас живущий в Берлине, а снимающий как на родине в Чили, так и с недавнего времени по всему свету, Лелио стал квир-иконой среди латиноамериканских режиссёров. ЛГБТ-персонажи появляются у него практически во всех фильмах, начиная с полнометражного дебюта. Выход на экраны «Фантастической женщины» сопровождался в Чили широкой дискуссией о положении и правах трансгендерных людей, одним из результатов которой стало появление закона о максимальном упрощении процедуры смены паспортного имени.

Неторопливый и сдержанный ритм, ирония и акцент на мимолётных, с трудом уловимых моментах повседневной жизни, – вот основные черты кинематографического стиля Лелио. И в этом его отличие от другого популярного чилийца Пабло Ларрайна – режиссёра с резкой карнавальной манерой и политически ангажированного. Но при этом два топ-режиссёра Чили вовсе не конкурируют: Ларрайн, в частности, выступил продюсером двух фильмов Лелио.

Среди квир-авторов можно, сильно упростив, выделить две категории: активисты и визионеры. Лелио, несомненно, принадлежит ко второй. В его фильмах ЛГБТК-персонажи не сражаются с системой в форме прямого протеста, они вынуждены так или иначе противостоять ей в повседневности и на экзистенциальном уровне самим своим существованием.

30 июня 2020 года на Netflix состоялась премьера киноальманаха «В домашних условиях» (Homemade), составленного Ларрайном из 17 коротких фильмов разных режиссёр_ок о том, как они пережили или переживают карантин и пандемию коронавируса. Лелио – в списке авторов сборника, наряду с Кристен Стюарт, Наоми Кавасе, Паоло Соррентино, Мэгги Джилленхол и Аной Лили Амирпур. А пока напомним о компактной, но во всех смыслах внушительной фильмографии Себастьяна Лелио.

«святое семейство» (la sagrada familia, 2005)

Деконструкция семейных отношений и сексуальной ориентации

Студент-архитектор Марко приезжает на пасхальные каникулы к родителям на фешенебельное побережье. Следом заявляется его бывшая партнёрша, раскованная феминистка, вызывает переполох в буржуазном клане и провоцирует всех на внезапные признания и откровения. В том числе и двух приятелей Марко, скрытых геев, что проясняется в ходе долгой вечеринки под воздействием «экстази».

Полнометражный дебют Лелио был снят за три дня и имеет все черты бескомпромиссного инди-кино: импровизированные диалоги, ручная дрожащая камера, контраст между сверхкрупными и долгими общими планами. Но главное, что все черты кинематографа режиссёра тут уже на месте: тема семьи как источника всех зол и благ, ориентация на традицию великого американского режиссёра Джона Кассаветиса с его опорой на импровизацию, рассказы об аутсайдерах, сексуальность и гендер как поле боя.



«рождество» (navidad, 2009)

«Последнее лето детства» по-чилийски

18-летние Аврора и Алехандро в рождественский сочельник приезжают в заброшенный дом на окраине Сантьяго: девушке нужно найти вещи покойного отца (как быстро выясняется, это ящик с пластинками Rolling Stones и чилийской поп-музыки 70-х). Между молодыми людьми всё непросто: вроде бы они пара, но Аврора недавно рассталась с девушкой из Аргентины. После выяснений отношений Алехандро обнаруживает в сарае лежащую без сознания незнакомку. Оказывается, что у неё гипокликемическая кома, её зовут Алисия, ей 15, и она сбежала от матери, чтобы найти отца, бросившего семью.

В первой трети притворяющийся почти хоррором фильм Лелио выруливает на особую территорию нежного кино о подростках, мечущихся между невинностью и бесконечным ассортиментом открывающегося опыта. Камера оператора Бенхамина Эчасарреты с предельной деликатностью снимает сцену секса втроём: так, чтобы наслаждение плоти не отменяло чистоту тех, кто завтра вступит во взрослую жизнь. «Рождество» состоит из драгоценных моментов: найденный на обочине щенок, танцы под политический фанк Виктора Хары, диалоги вроде «Алехандро, а когда тебе надоест страдать?» – «Когда я умру».



«глория» (gloria, 2013) и «глория белл» (gloria bell, 2018)

Маленький шедевр про свободную женщину и его голливудский авторемейк

Глория, разведённая женщина за 50, работает в страховой компании, старается не потерять связь со взрослыми детьми (сын в одиночку воспитывает младенца, беременная дочь преподает йогу и планирует уехать в Швецию), а по ночам не может спать из-за соседа сверху – полоумного наркомана. По выходным она ходит на дискотеки для возрастных и однажды знакомится с Родольфо, пожилым владельцем парка для пейнтбола, бывшим морским офицером.

Четвёртый полный метр Лелио, получивший три награды на Берлинале (призы экуменического жюри и Гильдии немецких арт-кинотеатров, а также «Серебряного Медведя» за лучшую женскую роль главной актрисе фильма Паулине Гарсия), – бесконечно важное, пронзительное гуманистическое высказывание. Но помимо того, эта драма о неунывающей женщине, обречённой на одиночество, – парадоксальный гимн жизни: достаточно посмотреть на то, как самозабвенно танцует Глория, как подпевает сладким латиноамериканским хитам.



Снятый почти пять лет спустя голливудский ремейк «Глория Белл» с Джулианной Мур и Джоном Туртурро почти покадрово воспроизводит оригинал. Многие задавали вопрос – зачем это было нужно Лелио (так же в своё время австриец Михаэль Ханеке покадрово переснял в Голливуде свой мизантропический социальный хоррор «Забавные игры»). Помимо чисто коммерческих и имиджевых соображений, очевидно, причина в том числе и в названии. Глория – имя главной героини шедевра (1980) Кассаветиса, любимого режиссёра Лелио. Вынутая из чилийского контекста, воплощенная Джулианной Мур, она становится отчётливым оммажем Джине Роулендз, жене и соавторке Кассаветиса, сыгравшей множество женщин, стремящихся к свободе из условий предельной несвободы: будь то брак, как в «Женщине под влиянием», или шоу-бизнес, как в «Премьере».

«фантастическая женщина» (una mujer fantástica, 2017)

Драма о трансгендерной вдове, лауреат номинации «Лучший фильм на иностранном языке» премии «Оскар-2018»

Седой представительный мужчина смотрит влюблёнными глазами на прекрасную женщину, поющую в ночном кабаре. Его зовут Орландо, он директор текстильной фабрики, она – его жена Марина, официантка и певица, не так давно совершившая трансгендерный переход. После скоропостижной смерти мужа Марину выгонят из квартиры, не пустят на похороны, у неё отберут машину, собаку, попытаются отобрать достоинство и право на память.

Даниелу Вегу, трансгендерную актрису и сценаристку, Себастьян Лелио, решивший снять что-нибудь о современном чилийском ЛГБТК-сообществе, сначала привлёк в качестве консультантки. Решение дать ей главную роль в итоге оказалось не только этическим выбором (право транс-персон самим репрезентировать себя в искусстве до сих пор многими оспаривается, как это ни удивительно), но и единственно верным художественным решением. Вега в кадре не олицетворяет кого-то постороннего, а живёт, сталкиваясь в рамках сюжета со всем тем, с чем сталкиваются трансгендерные люди пока что везде и всюду.



«неповиновение» (disobedience, 2017)

История любви двух женщин на фоне еврейской ортодоксии

Актриса Рейчел Вайс, сыгравшая главную героиню Ронит, нашла сценарий фильма по роману Наоми Алдерман и выступила в качестве одной из продюсеров. Ронит – нью-йоркская фотографиня, которая в юности сбежала из лондонской ортодоксальной еврейской общины. Узнав о смерти отца-раввина, Ронит возвращается в Лондон, где встречает любовь юных лет, Эсти, а ныне жену раввина (Рейчел МакАдамс), чтобы с новой силой влюбиться в неё.

Первый англоязычный фильм Лелио без фальши и истерики демонстрирует конфликт свободных личностей и инерции «традиционных ценностей». При этом режиссёр ни в коей мере не собирается устраивать лекцию общества «Юный безбожник» и вообще, как обычно, чужд любого пафоса, в том числе антирелигиозного. Можно сравнить фильм с недавним мини-сериалом «Неортодоксальная» (Unorthodox, режиссёрка Мария Шрадер), трагикомедией о 19-летней еврейке (кстати, тоже Эсти), которая сбегает из общины сатмарских хасидов, живущей в нью-йоркском еврейском районе Вильямсбурге. «Неповиновение», конечно, мягче и печальнее. В этом фильме Лелио, кроме прочего, запечатлена красота обрядов, которая воздействует не на ум, а на чувства. Это соответствует стремлению чилийского режиссёра находить смысл и счастье в повседневном – застольях, тихой или громкой музыке, ни к чему не обязывающих беседах, прикосновениях и взглядах.