Анимационный сериал о мстительнице Мизу, притворяющейся в Японии эпохи Эдо юношей-самураем, стал суперхитом Netflix. В этой дорогой стилизации под боевое аниме удачно сошлись развлекательный контент и антиколониальный пафос, изысканный стиль рисовки и квирное послание.
Кто придумал и снял «Голубоглазого самурая»
Мета-аниме про голубоглазого самурая, выпущенное полгода назад, очень быстро вошло в десятку самых успешных международных проектов стримингового гиганта Netflix: несколько миллионов просмотров, преимущественно восторженные отзывы критиков и уже запущенный в производство второй сезон. «Голубоглазый самурай» идёт по тому же пути, что и прошлый хит стриминга, анимационный сериал «Конь БоДжек». Оба проекта рассчитаны на взрослую целевую аудиторию, их темы предельно серьёзны, а мрачнейшая интонация сочетается с чёрным юмором.
Шоураннеры сериала — семейная пара, Майкл Грин и Эмбер Ноидзуми. Известный американский сценарист и продюсер Грин ответственен за дикое количество проектов на большом и малом экранах, от фильмов «Логан» и «Бегущий по лезвию 2049» до сериалов «Короли» и «Американские боги». Ноидзуми, калифорнийка полуяпонского происхождения, сценаристка и авторка комиксов, в этом проекте наконец-то вышла из тени знаменитого мужа.
Эпоха Эдо, белые демоны и моря крови
События разворачиваются в середине XVII века, в начале Эдо. Эта эпоха в истории Японии (1603-1868), диктатура (сёгунат) клана Токугава — время, когда была создана политическая японская нация, период централизации и установления жёсткой социальной иерархии. Самая важная черта Эдо в контексте сериала — проводимая сёгунами политика полной изоляции: из страны были высланы все иностранцы, границы стали железным занавесом. В «Голубоглазом самурае» речь о почти всех иностранцах. В стране осталась банда из четверых белых негодяев, поставляющих «оружие, опиум и рабынь для борделей». Один из них 20 лет назад изнасиловал мать Мизу, в результате чего родилась полукровка с голубыми глазами. В изоляционистской Японии дети, подобные ей, считались чем-то между животным и демоном. Оставшись в раннем детстве сиротой и пройдя многолетний курс обучения у слепого мастера мечей Эйджи, Мизу, теперь таинственный странствующий воин, хочет лишь одного. «Меня ничего не интересует в этой жизни — ни деньги, ни власть, ни счастье, только месть».
Сейчас Мизу нужно найти и убить самого отвратительного из четвёрки — ирландца-контрабандиста Фаулера. Тот, сидя на неприступном острове, замышляет дворцовый переворот: нынешний сёгун его не устраивает излишней верностью принципам сакоку (политики самоизоляции). По дороге к Мизу прибивается с рождения лишённый кистей рук Ринго, восторженный и жизнерадостный, мечтающий стать учеником самурая. Также в сериале параллельно развивается линия принцессы Акеми, дочери провинциального нувориша, на брачные перспективы которой у отца большие политические планы. Но Акеми взаимно влюблена в юного вспыльчивого самурая Тайгена, чьи пути с Мизу пересекутся сразу и при драматических обстоятельствах.
Поэтика «Самурая»: оммажи, коллаж, красота
В образе Мизу, одержимого местью хладнокровного воина, создатели сериала изощрённо цитируют множество киноклассики. Самый первый и очевидный оммаж — конечно, Беатрикс Киддо, она же Чёрная Мамба, главная героиня двухчастной постмодернистской феерии Квентина Тарантино «Убить Билла». Например, сцены ученичества Мизу у незрячего кузнеца отсылают к главе тарантиновской дилогии «Суровые годы наставничества Пэй Мэя», бой в заснеженном саду цитирует аналогичное сражение героинь Умы Турман и Люси Лью, а в какой-то момент так просто за кадром звучит тема из тарантиновского фильма «Battle Without Honor or Humanity».
«Голубоглазый самурай» шлёт приветы не только Тарантино, но и целому массиву собственного японского киноканона об амбивалентности самурайской судьбы в золотом веке истории страны. Внимательный синефильский глаз тут легко увидит оммажи на «Расёмон» и «Телохранителя» Акиры Куросавы, «Сказки туманной луны после дождя» Кэндзи Мидзогути и особенно его же «Жизнь куртизанки О Хару» (в бордельных сценах). Много и других, менее очевидных ассоциаций.
Цитатность и коллажность в анимационном проекте Ноизуми и Грина — лишь некоторые черты его сложной, изысканной и при этом доступной зрителю эстетики. Чего стоит, скажем, головокружительная по структуре пятая серия «Легенда о Ронине и Невесте». Она состоит из ложных флэшбеков и обрамляющего действие представления кукольного театра бунраку. В рисовке же побоищ и поединков «Голубоглазый самурай» словно бы следует замечанию философа Ролана Барта из книги «Империя знаков»: «Когда о боях Дзенгакурен говорят, что они определённым образом организованы, то имеется в виду не свод тактических предосторожностей, а письмо жестов, которое очищает жестокость от её западной сущности — от спонтанности».
Послание «Самурая»: квирность, женщины в эпоху Эдо, (анти)колониализм
Нетфликсовский сериал был бы всего лишь великолепно сделанным арт-аттракционом, если бы не широчайший круг очень актуальных политических, социальных и культурных тем, по которым он в своей неотразимой манере проходит.
Женщин, принадлежащих к самурайскому сословию в Японии Эдо и в более ранние периоды, было не так уж мало — они назывались онна-бугэйся. Но гендерная идентичность Мицу, котор_ую все знают и видят как самурая-юношу с голубыми глазами, совсем не так однозначна. Соперник-самурай Тайген во взаимодействии с Мицу проходит путь от ярой ненависти к сильно беспокоящему его сексуальному желанию. Он, конечно, уверен, что это влечение к мужчине-сверстнику, что и создаёт двойственное чувство. Внешность, голос и жесты Мицу, то, как всё это трансформируется во снах и галлюцинациях, — прекраснейшая иллюстрация известной мысли квир-теоретик_есс о гендере как о постоянно меняющейся и мутирующей череде состояний-событий по Джудит Батлер.
Феминистское послание «Самурая» довольно прямолинейно выражено в ярких и сильных персонажках. Жизнь женщины в Японии середины XVII века — это без преувеличений беспросветное рабство внутри патриархальной системы. Из него хоть как-то можно спастись, только полагаясь на индивидуальную храбрость и хитрость. Принцесса Акеми, которую везут в Киото в невесты младшему сыну сёгуна, отказывается подчиняться отцовской воле. Хозяйка борделя с изощрённым ассортиментом секс-услуг — умнейшая и коварнейшая Мадам Каджи, способная буквально на всё ради сохранения независимости себя и своих подопечных: на обман, убийство, шпионаж.
Что касается злободневной антиколониальной темы, то «Голубоглазый самурай» транслирует её с уместной материалу сложностью. Япония никогда не была чьей-то колонией. Наоборот, в разные периоды она являлась региональным империалистом. Сёгунат времён полной изоляции показан в сериале как очень красивая, но довольно беспросветная страна. Тем не менее главный злодей тут — конечно, ирландское чудовище Фаулер: он ни во что не ставит жителей страны, в которой процветает.
Серия «Великий Пожар 1657 года» завершается очевидным открытым финалом; второй сезон снова поведёт нас вместе с Мицу по пути мести. Сериал Netflix не претендует на безукоризненную аутентичность аниме-стиля. Это глобальный поп-продукт, созданный на высочайшем уровне, умный и страшно красивый. И бросить его смотреть не получается, пока не увидишь все восемь серий.
