ВЕЛИКАЯ СВОБОДА | Себастьян Майзе | 2021 | 116 мин.
Große Freiheit
На протяжении десятилетий в одной и той же тюрьме в Западной Германии постоянно сталкиваются двое: Ханс (Франц Роговски), осужденный по 175 параграфу за связи с мужчинами, и Виктор (Георг Фридрих), сидящий совсем по другой статье. За годы, проведённые вместе, герои успевают пройти путь от полного недоверия к тому, что можно назвать расплывчатым словом «близость».
Повествование в фильме постоянно скачет из одной эпохи в другую, но даты подобраны неслучайно. Первая встреча персонажей происходит в 1945 году. Зрители вместе с Виктором узнают, что Ханс сидел в концлагере, однако для него, гомосексуала, окончание Второй мировой не означало окончания срока. Заключенных по параграфу 175 на свободу не выпустили. Есть также другая говорящая отсечка: 1968 год. На подходе сексуальная революция, студенческие волнения охватывают мир, а Ханса снова сажают за «противоестественные связи».
Картина является копродукцией Австрии и Германии, что показательно: она вряд ли могла бы появиться в немецком кино. Австриец Себастьян Майзе — наследник и продолжатель другой кинематографической традиции. В «Великой свободе» угадываются отголоски венского акционизма, бесстрашно обличавшего социальное и политическое лицемерие. Фильм Майзе делает то же самое. Он показывает, что свобода, которую провозглашали в разные десятилетия XX века, была не для всех. И уж точно не для ЛГБТ-людей: их предпочитали не замечать. Но для квира нет границ и нет решёток. Человек, оказавшийся на низшей ступеньке конвенциональной мужской иерархии, вдруг начинает говорить с нами о любви, сострадании и достоинстве, и его тихий голос звучит громче грубых окриков охранников, судебной канцелярщины и оскорблений сокамерников. Он выносит всё, и он побеждает. Потому что внутренняя свобода, вопреки заглавию, не «великая» и не «большая», а такая, которая либо есть, либо нет
Маттиас: Мне кажется, что я всегда тебя ждал. Два года точно.
Филипп: Откуда ты знаешь?
Маттиас: У тебя же нет парня?
Филипп: Нет. Правда, нет.
— Я знаю, ты ищешь парня, который отмечал тут свой день рождения. Но он с тех пор не появлялся.
— Но… Кто-то же должен знать, как его зовут и где он живёт.
— Здесь никто не знает имён и адресов друг друга. Здесь все сами по себе. И все боятся.
