Это разговор с Сашей Шадриной — одной из издательниц No Kidding Press. Его в июле 2023 года провела Гуля Султанова, организаторка ЛГБТ-кинофестиваля «Бок о Бок», для подкаста «Квирь культуру». Мы публикуем здесь сокращённую версию, а полный выпуск можно послушать на разных площадках — он называется «Квир в литературе: работа издательства No Kidding Press».

Я с большим удовольствием читаю книги, которые издаёт Nо Kidding Press. Как все начиналось? Какая была концепция?

В конце 2017 года мы зарегистрировали компанию вместе с моей кофаундеркой Светой Лукьяновой, чтобы купить первые права [на книги]. С идеей издательства я ходила очень давно, с 2013 года. Это никак не могло реализоваться, потому что у меня не было возможностей, в том числе финансовых. Тогда я жила в Казани. Потом я переехала в Москву, и мы со Светой стали делать феминистский проект Write Like a Grrrl. Это коммьюнити пишущих женщин* и писательские курсы, которые мы позаимствовали из Великобритании. Это глубоко погрузило меня в мир литературы, в том числе феминистской. Я не оставляла идею создать издательство, и тут подвернулась возможность. Я нашла деньги на его создание, и тогда поняла — либо сейчас, либо никогда.



Скажи, были ли у вас перед глазами примеры фем-квирного издательства? Или вы сами это придумали и увидели, что нет такой ниши в России?

Когда я стала этим заниматься, я не думала о том, что нужно занять какую-то рыночную нишу или коммерциализировать квир или феминизм. Это просто то, что мы читали и любили. Я старалась не позиционировать издательство как феминистское, потому что мне не нравилась позиция «главного» феминистского издательства. Мне казалось, что это [было бы] иерархично и неверно. Феминистское книгоиздание подразумевает очень много низовых инициатив. Первая книга, которая была издана, — это «Инферно» Айлин Майлз. Я не хотела заниматься репрезентацией квира как таковой. Мне просто казалось, что это самое прорывное письмо с точки зрения стиля, языка и формы.



Возвращаясь к вопросу про вдохновение — [это были] феминистские издательства в англоязычной среде. Тогда я могла как пример взять только их, потому что кроме английского языка я ни один не знала. Во время второй волны феминизма были основаны американское The Feminist Press, которое существует до сих пор, и британское Virago, которое было продано крупному издательству, но сохранило свою кураторскую линию. The Feminist Press — издательство университетское, но существующее коммерчески. Virago — издательство, которое состояло целиком из женщин, которые пошли к мужчинам и взяли у них деньги. И они живут до сих пор и в хорошем смысле являются частью литературного мейнстрима. Потом, когда началась третья волна, появились новые проекты.


Могла бы ты охарактеризовать развитие издательства с точки зрения восприятия коллегами по цеху, аудиторией и сказать о реакции властей?

Многие книжники скажут, что до недавних пор книгоиздание оставалась маргинальной историей, которая не интересовала государство, потому что тиражи мизерные. Мы тоже надеялись на это, потому что было ощущение своей невидимости. Но потом — это, судя по всему,, связано с прорывом книги «Лето в пионерском галстуке», а также с событиями 24 февраля — реакция развернулась на полную мощь. И этого нельзя было предвидеть из 2017 года.

А с точки зрения аудитории — нас очень сильно поддержали на запуске, несмотря на то, что мы не были известны, у нас не было супер-медийности. Мы запускались сразу с предложением подписаться на наши невышедшие книги. Когда мы сразу заработали 100 тысяч рублей, для меня это было что-то. Пришли люди, которые нас не знают и готовы поддержать! Это было очень радостно, я только хорошее могу сказать про реакцию аудитории.


Концепт того, что вы предложили аудитории включиться в подготовку книги, а потом получить — это для меня была новая тема. Мне показалось это очень классным жестом — включить аудиторию в ваше дело. Не только финансово, но и эмоционально. Что мы вкладываемся в то, что такое издательство может развиваться.

Ты не сказала про реакцию российских издательств. Как они отнеслись к вашему издательству?

Многие доброжелательно отнеслись. Многие долгое время делали вид, что нас не существует. В начале, когда я была более юная, я хотела со всеми поговорить. Большинство независимых издательств управляется мужчинами. Я хотела с ними посоветоваться. Но я видела, что они смотрят на нас свысока. Я очень быстро поняла, что надо делать как умеешь и не пытаться у этих людей заслужить уважение. Интерес и уважение пришли потом.


Ты могла бы назвать несколько книг, которые стали поворотными, принесли максимальное количество читателей, получили резонанс в СМИ, много положительных откликов от аудитории?

Это довольно доступные книги. Трилогия Тове Дитлевсен, датской писательницы начала — середины XX века. Это автобиографическая повесть, которая всем полюбилась за поэтичный язык, ощущение родства с женским опытом независимо от времени. Также это комиксы Лив Стрёмквист — особенно книга «Расцветает самая красная из роз». Лив Стрёмквист берет критическую теорию, миксует с поп-культурой и рассматривает какую-то тему со своих позиций, в том числе феминистских и антикапиталистических. Её книга «Расцветает самая красная из роз», которая посвящена любви в эпоху позднего капитализма, тронула совершенно разных читателей. Потому что это универсальный опыт — ускользающей любви. Она существует в нашем воображении, но в реальности она ранит, или не длится, или партнёрку очень сложно найти и т.д. Я ещё не смотрела результаты продаж, но наверняка книги Анни Эрно, французской писательницы, которая получила Нобелевскую премию, составят значительную часть в итогах продаж 2023 года.



Я, кстати, читала все книги Тове Дитлевсен, которые вы издали. Комиксы Стрёмквист тоже меня обухом по голове ударили. И Анни Эрно — это мощные впечатления, мощные переживания. Расскажешь немного про седьмой сезон, который курирует Оксана Васякина?

У нас открыт седьмой сезон подписки, но это переводные книги. А с Оксаной мы делаем специальный сезон («Серия Оксаны Васякиной»). Оксана пришла к нам с рукописями, потому что она преподаёт и через неё проходит большое количество пишущих людей. Есть тексты, которые, с одной стороны, подошли бы No Kidding, с другой стороны, ей хотелось бы поработать над ними в качестве редакторки. И мы с ней решили, что запустим этот эксперимент.

Первая книга скоро выйдет — «Руки женщин моей семьи были не для письма» Юганы Джабаровой, поэтессы, деколониальной исследовательницы. Это автофикшн-книга, она рассказывает о девушке, выросшей в азербайджанской семье в России и имеющей пограничный опыт непринадлежности и здесь, и там. C другой стороны, она страдает от редкого неврологического расстройства, которое парализует её тело, речь, мимику. Эти два слоя сталкиваются в книге. Книга устроена как карта женского тела. Югана рассматривает брови, губы, волосы через призму своей болезни и через призму отношения в своей культуре. Сейчас у Оксаны в редактуре книга Алисы Осипян «Птица». Алиса — армянского происхождения, она рассказывает об этой культуре. Эти тексты объединяет обращение к теме внутренней колонизации, пограничности, идентичности и поискам себя.


Было бы здорово узнать принцип выбора книг для издательства. У вас совершенно разные авторы и авторки, люди разного географического разброса, люди с разным опытом — и историческим, и личным, и гендерным. Если в двух словах, No Kidding Press — это про что?

Часто задают вопрос «Как вы выбираете книги?» Ответ — нельзя к этому подойти с какой-то линейкой, с чек-листом. Независимое издательство отражает вкус создателей. Часто это книги, которые кажутся мне очень срочными, своевременными и необходимыми. Часто это то, что никакое другое издательство не выпустит. Когда про какую-то книгу в No Kidding говорят, что она странная, я думаю — да, это то, что я ищу. Мы издаём именно странные книги, новаторские в языке, в форме.



Я сформулировала бы выбор ваших книг как вглядывание внутрь себя и честное, до боли, до крови, до ужаса вытаскивание вещей изнутри, без оглядки на существующие нормы. Например, книга «События» Анни Эрно. Я полностью чувствовала, как будто я нахожусь во Франции в 1960-е годы. Хотя у меня не было в жизни необходимости сделать запрещенный жуткий аборт, тем не менее, я чувствовала, как будто проходила через всё это. Эти переживания можно перенести на сегодняшнюю жизнь, на ситуации, которые могут случиться с кем угодно в России.

Ещё для меня важно было, что вы начали издавать книги Поля Б. Пресьядо. [«Квартира на уране»] это потрясающий текст по глубине, тому, как всё связано с исторической, политической ситуацией. Состояние внутреннего путешествия, трансгендерного перехода — и яркость и образность описания этого процесса — это что-то новое и необычное, важное и поддерживающее для трансгендерных людей. Это рупор для того, чтобы передать не цисгендерный, а именно трансгендерный взгляд. Без цис-фокуса, объективации.

Нас часто называют издательством автофикшена, и это действительно обращение вовнутрь. С другой стороны, это какое-то волеизъявление, желание обратиться к опыту Другого, к различию. Как Одри Лорд об этом говорит, различия — это то, что нас объединяет и делает союзниками. Про Пресьядо — меня двигает его энергия и манифестарность, чувство жизни. Когда читаешь Пресьядо, чувствуешь, что живешь, что это не маргинальный опыт, это и есть жизнь.


Я так понимаю, что ваше издательство не собирается сдаваться и пытается продолжить работу. Поделишься мыслями о том, как все будет в дальнейшем? Что вы планируете издавать?

Честно скажу, не знаю, что будет по поводу «не сдаваться». Мы издательство, существующее в российской юрисдикции, и мы собираемся соблюдать законодательство. С другой стороны, когда принимался закон про «ЛГБТ-пропаганду», у нас уже лежали, готовые к сдаче в печать, два квир-мемуара, и я не могла остановить этот процесс, понимаешь? Потому что я не верю, что книга Джанет Уинтерсон «Зачем быть счастливой, если можно быть нормальной?» — это пропаганда. Это невинная книга, она не может быть пропагандой.

Наш план — сосредоточиться на русскоязычной прозе, мы чувствуем огромный запрос аудитории. У нас есть своя серия, которую мы продолжаем, где вышел Миша Захаров, где вышла Даша Серенко. Недавно мы выпустили книгу Маши Гавриловой, очень крутую. И у Оксаны есть параллельная серия. Я рекомендую обе серии. У нас в бэклайне много английских текстов, уже переведённых. Это книги Анни Эрно, книги главной бразильской писательницы XX века Клариси Лиспектор, очень экспериментальные романы. Это книги Крис Краус — я надеюсь, что нам удастся издать её трилогию целиком.


Последний вопрос, технический. Для людей в России самый простой способ заказать книги — через ваш сайт?

Есть еще маркетплейсы OZON и Wildberries. Для нас это остается большим каналом и позволяет поддерживать независимость от книжных магазинов. Эти платформы автоматически начисляют деньги, что позволяет нам существовать. На нашем сайте тоже удобная доставка, есть пункты выдачи Boxberry, СДЭК и т.д. Это деньги, которые идут нам напрямую, без задержания комиссий со стороны площадок и магазинов.


А если ваши читатели за рубежом, за пределами России — как лучше заказать книгу?

Магазины есть в Стамбуле, в Тбилиси, в Ереване. В нашем инстаграме закреплены публикации о них. Про каждый книжный магазин мы делаем пост. В Риге очень много наших книг. Ещё у нас на сайте можно оформлять международную доставку. Мы постепенно выстраиваем отношения с немецким дистрибьютором, который сделает наши книги доступными в Берлине, в Париже и на Amazon’е.

Редакторка — koariko | Корректорка — llafini